Архив для категории: Мистика

Бентли Литтл «Призыв»

Бентли Литтл "Призыв"

Иисус явился пастору Клэну Уиллеру во сне. Высокий, здоровый и сильный, в золотистом сиянии, он шагал по луговой траве и между деревьями, а Уиллер следовал за ним. Стоял день, ясный славный день, и солнце пари́ло, теплое и белое, в высоком синем безоблачном небе. Деревья и растения вокруг него были зелеными: ни пыли, ни грязи на этой яркой зелени, а трава под ногами – мягкая, шелковистая, слегка пружинящая. Свежий воздух звенел от птичьего пения.
Иисус обошел заросли невысоких кустиков манзаниты, и теперь Уиллер понял, где они находились. Он узнал пустующее зернохранилище и несколько передвижных домишек-трейлеров, стоявших рядом с шоссе 370 на северной стороне городка. Только… только это была теперь не пустыня. И трейлеры уже не выглядели такими обшарпанными, как обычно. В самом деле, каждый из них сверкал свежей краской, а вокруг них в жирной плодородной почве были посажены яркие цветы. И зернохранилище, по-прежнему пустующее, также выглядело обновленным и отремонтированным, как будто кто-то готовился в него въехать.
Двигаясь легко и грациозно, почти скользя над травой, Иисус поднялся по насыпи к шоссе и, ступив на него, пошел вперед по разделительной полосе. Уиллер последовал за Ним. Они миновали новую заправочную станцию «Тексако», потом огороженный недавно отремонтированным забором заброшенный загон для лошадей Уильямса, пока не достигли узкого прохода между пустующим зданием дирекции горнорудного предприятия и находившейся на вершине холма горной лабораторией.
Иисус остановился и повернулся к Уиллеру. Лицо Спасителя обрамляли прекрасные волосы, падавшие густыми кудрями Ему на плечи, а каштановая, с рыжеватым оттенком бородка сверкала в солнечных лучах. Лицо Его выражало бесконечное терпение и понимание, и когда Он заговорил, в голосе Его, твердом и одновременно успокаивающем, прозвучала Истина.

Сара Коквелл «ЧЕМПИОН ТИРАНА»

Сара Коквелл "ЧЕМПИОН ТИРАНА"

— Ворен.
Голос, звавший его по имени, едва проникал через пелену концентрации. Воитель уже много лет занимался медитациями, позволявшими ему надолго отстраняться от раздражающего присутствия своих соратников.
Конечно, пока что ему не удалось дойти до совершенства в этом искусстве, что крайне раздражало воина. Само по себе наличие изъянов было для него анафемой, нарушением всех базовых принципов. В конце концов, он ведь был легионером, одним из Детей Императора. Но это было так давно. Уже много десятилетий он сражался в битвах в осквернённых доспехах, выдававших в нём одного из Красных Корсаров.
Ворен знал, что он никогда не был «подданным» Гурона Чёрное Сердце, Тирана Бадаба. Он предпочитал думать, что решил предложить свою службу Тирану и, увидев возможность доказать своё превосходство, ухватился за неё. Однако он не был готов к неотёсанности, грубости всего бандитского сброда, составлявшего основные силы армий Чёрного Сердца. По большому счёту они вызывали в нём отвращение, как физически, так и духовно. Они сражались с такой беспечностью, что, если бы не необыкновенный стратегический талант Гурона, то, по мнению Ворена, все Красные Корсары погибли бы ещё во время битвы за Терновый Дворец. Поэтому он предпочитал отстраняться от остальных, намеренно казаться чужим, вызывая неприязнь и недоверие других воинов. Но это не заботило сына Фулгрима. Он не нуждался ни в братстве, ни в товариществе бестолкового быдла. Поэтому он занялся медитацией, позволяющей держать в узде свои чувства и направлять вечно тлеющий гнев во что-то более полезное.
— Ворен! — воин хорошо знал голос, доносившейся с открытой арки, входа в его обитель. Это был голос Илкона, одного из немногих Красных Корсаров, которых он начал хоть немного уважать. Вынужденный сражаться с ним бок о бок на поле боя Ворен неохотно признал, что на свой простой лад Илкон обладал мастерством. Конечно, в их отношениях не было дружбы, но Ворен был умён и одарён примечательным коварством. Он видел в Илконе потенциального союзника. Всем своим видом выражая растущее раздражение, воин Детей Императора поднялся и посмотрел на вход. С потолка некогда прекрасного зала сыпались хлопья скалобетона, крошечные напоминания о кишевшей вокруг разрухе. Хотя Ворен и стоял вдали от обломков, но всё равно стряхнул с одежды невидимые шепотки пыли, а затем недовольно посмотрел на Илкона.

Наталья Калинина «Ледяной поцелуй страха»

Наталья Калинина "Ледяной поцелуй страха"

— Эй?
Чья-то ладошка помахала перед лицом. Полина поморщилась и помотала головой, словно прогоняла назойливую муху, не переставая при этом быстро набирать что-то на клавиатуре ноутбука. И только лишь когда дописала до точки, подняла голову и недовольно проворчала:
— Я же просила не отвлекать меня во время работы!
Анастасия, будто не услышав неразборчивое бурчание вновь уткнувшейся в компьютер подруги, присела на краешек тяжелого дубового стола.
— Если тебя не отвлечь, ты так и просидишь обед, ужин и завтрак, а также конец света и начало ледникового периода.
— Настя, я же прос…
— Обеденный перерыв, подруга, не слышала? — перебила та, томно выгибаясь и закидывая ногу на ногу. Яркая, как солнце, в ситцевом платье с крупными подсолнухами, с выступившими на бледном носу веснушками цвета гречишного меда, с полевым цветком в медно-рыжих волосах, она казалась самим летом, принявшим вдруг человеческое обличье. От нее даже пахло чем-то одновременно и свежим, как морской ветер, и горьковато-пряным, как полевые травы.
— Все за столом собрались, только нашей великой сочинительницы не хватает, — насмешливо произнесла Настя.
— Еще минуточку, и иду, — пробормотала Полина, переводя взгляд с подруги на разложенные рядом с ноутбуком мятые листочки.
— Ох… Минуточка у тебя на три часа затягивается.

Эйко Кадоно «Ведьмина служба доставки»

Эйко Кадоно "Ведьмина служба доставки"

Вы спросите: как же «малышка» может заставить звенеть колокольчик на самой вершине дерева? Дело в том, что эта Кики была не совсем обычной девочкой. Жила она в доме на восточном краю города. Дом был окружен забором, здесь можно купить целебные отвары. Зеленые ворота всегда были приглашающе распахнуты. Внутри находился большой сад, а за ним, слева, стоял небольшой домик. В саду можно было увидеть аккуратные грядки с высаженными редкими растениями и лекарственными травами. Над грядками разносился запах какого-то варева. Возле дома запах ощущался сильнее. Он шел из кухни, где на плите стоял медный котел, в котором что-то кипело на медленном огне. За кухней располагалась гостиная, на стене которой вместо картин висели две метлы — большая и маленькая, с помелами, сплетенными из пучков хворостинок.
Из гостиной доносился звук оживленной беседы и звон чайных чашек.
— Кики, ты решила, когда отправляешься? — послышался женский голос. — Тебе пора определиться, нельзя же все время откладывать.

А. Б. Кавер «Ночь заново прожитой жизни»

А. Б. Кавер "Ночь заново прожитой жизни"

Девушка не могла не обратить внимания на то, что порции здесь были просто огромными. От вкусных запахов у нее потекли слюнки. Она решила как-нибудь обязательно заглянуть в эту забегаловку… после того, когда ее отстроят заново.
Взглянув на короткое крыло, включавшее в себя огромную автозаправочную станцию и какие-то технические приспособления для ремонта акпп москва, Баффи решительно направилась к главному входу. Она держала ухо востро на случай, если откуда-нибудь вдруг появится отбившийся от остальных зомби. Эти создания были настолько преданы своему делу, насколько это возможно для мертвого существа.
Ступив под навес — наконец-то спасение от дождя! — она замедлила шаг и напустила на себя вид бедной измученной девчушки, которую застала в дороге гроза. Баффи отжала волосы, но, поскольку она промокла с головы до ног, это вряд ли что-то изменило.
Она подошла к вращающимся дверям и уже собиралась толкнуть одну из них, но кто-то с другой стороны опередил ее.